KARAS GALLERY
Kiev 01025 Ukraine
Andreevsky spusk 22-а
+380 44 2386531
office@karasgallery.com
| Media |
|
Art Ukraine, 1 Сентября, 2011
Ребенок в инкубаторе
Младенцы Оксаны Чепелик похожи на инопланетных существ. Как это ни странно, но подобное сравнения часто можно услышать от родителей новорожденных. В этом смысле художница приближается не к своим фантазиям, а скорее к неоднозначной и таинственной части нашей жизни – к рождению. Недоношенные, подключенные к аппаратам младенцы, в синем сюрреалистическом свете едва ли вообще похожи на «карапузиков», к образу которых мы привыкли. И если новорожденный появляется на свет не в яслях с розовыми щечками, то возникает вопрос: что такое рождение нового человека, и какие новые символизации этого события предлагает нам современность?
Оксана Чепелик предлагает свои жутковатые образы недоношенных переплетенных катетерами человечков. Под ее взглядом раскрываются две стороны рождения: интимность процесса родов и одновременно пополнение генофонда страны. Будучи по-настоящему социально-критическим художником, Оксана концентрирует биоэтику, гендер и демографические и другие социальные вопросы в одном экспрессивном образе.
Название выставки «Техногенензис» отсылает сразу к двум сторонам процесса рождения. «Генезис» – рождение, как тайна, заложенная природой, и «техно» - то, как человек способен на эту тайну влиять. Ведь без современных технологий недоношенные младенцы могли бы просто умереть. Такое смешение жизни и смерти проступает в очертаниях «недоживых» младенцев, в изображениях инкубаторов рядом с ними, и усиливается тревожными тонами, использованными художницей. Полотна «Техногенезиса» страшноватые, но только так, должно быть, по мнению художницы, можно выйти на современный уровень понимания всей многогранности процесса рождения.
Анна Ландихова http://www.artukraine.com.ua/articles/573.html
Gloss.ua, 4 Августа, 2011
Суициду здесь не место. Открылась выставка работ “Piccolo Amore” Виты Буйвид
Вита Буйвид, художница: «Я некоторое время работала в Москве для журнала мод. И в то время, когда я этим занималась, мне казалась что это очень творческая деятельность, все было так интересно. А потом в какой-то момент я поняла, что это очень далеко от искусства, и у меня возник комплекс сожаления о потраченном времени. И, чтобы избавиться от этого комплекса, я подумала, что этот опыт, который я приобрела в фэшн индустрии, все-таки превратить действительно в искусство. Поэтому я сделала проект на основе фэшн историй. Он сделан в стиле фэшн съемки, в каждом кадре присутствует дорогая обувь, которую мы обычно используем на съемках».
На выставке представлены несколько триптихов, серия «Суицид», отдельные картины: «Окружная», «Страсть», «Золушка» и другие. Триптихи и серии отлично вписываются в стилевую концепцию журнальных публикаций, где присутствует серийность, некая продолжительность истории в картинках. Например, в триптихе «Свидание» раскрыта история начала взаимоотношений, а «Все собаки делают это» показывает неразделенную любовь братьев наших меньших к обувной индустрии. Обувь как фетиш – явление, которое, наверно, до конца понять могут лишь те, кто воздвиг эту вещь до такого величественного статуса, то есть женщины. Мужчины не всегда способны постигнуть важность такого вроде бы как незначительного элемента гардероба. Евгений Карась, куратор галереи: «Я, как мужчина, чувствую легкий трепет, потому что у меня такое ощущение, что я нахожусь на чужом празднике жизни. Все очень женское в хорошем смысле этого слова. И у меня такое впечатление, что я как будто подглядываю за какими-то интимными процессами в душе женщины. Магия женских туфель и потрясающее сочетание драмы, тончайшей иронии, юмора и искренности. Тема, по сути, о жизни и смерти, но я здесь не ощущаю цинизма, который по идее мог бы превалировать. Здесь все невероятно тонко, чувственно, по-честному, искренне, с долей сарказма, но без цинизма. Я думаю, женщины больше знают о мифе туфель, об этом символе. Я не понимаю, почему женщины так трепетно к этому относятся. Я не могу понять, зачем так много туфель каждой женщине».
Вита Буйвид, художница: «Это проект об одиночестве человека, о зависимости человека от вещей и от различных понятий, скажем, когда понятие любовь подменяется каким-то чуть ли не фетишизмом. Тут уже непонятно, от чего человек страдает больше». Весьма интересна техника создания работ. В основе лежат фотографии, напечатанные на сатине, а потом они расписывались масляными красками. В итоге работы уже невозможно назвать фотографиями, они становятся живописными произведениями. Кстати, помимо картин, на выставке вас приятно порадует инсталляция из женских туфель у камина.
Впечатления гостей: Фаина Еренбург, арт-директор Davis Investment: "Вита – очень творческий человек. То, что обувь это действительно один из очень важных элементов, который женщина видит как составляющую своего образа – это правда. Как еще говорили наши мамы и бабушки, живущие в советские времена, что можно иметь какую угодно одежду, но туфли должны быть самые лучшие". Олег Вановский, студент: "Я вижу искусство. Меня впечатляет творческий подход. Тема достаточно тонкая, интересная. В этом меняющемся мире людям бывает трудно ладить друг с другом, а маленькие вещи помогают". Карина Михайлюк, студентка: "Мне очень понравилась выставка. Было приятно увидеть столько туфель, окунуться в женский мир. Об этой художнице хотелось бы узнать больше".
Название выставки Piccolo Amore переводится как «маленькая любовь», и, потерявшись во всевозможных материальных пристрастиях, заменив ими реальные чувства, окунувшись в мир вещей, блеска и глянца, нужно никогда не забывать, что подмена настоящих ценностей в жизни поддельной реальностью не принесет счастья. Это не так сложно запомнить, зная, что хоть маленькая, но любовь все-таки существует.
http://gloss.ua/story/expos/article/59888
Портал "Культура" , 21 апреля, 2011
Новый проект «Лелеки» Виктора Покиданца – в киевской «Карась Галерее»
В 1980-х художник удивлял публику мистическими сюжетами, затем увлекся украинской парсуной. И критики в 1990-х заговорили об изяществе стилизованных женских портретов в творчестве «звезды» «южно-русской волны». Не успел зритель привыкнуть к «новому» Покиданцу – на смену «феминам» пришли… неодушевленные предметы вроде лампочек, пачек папирос, мочалок. И прочий «презренный мусор». Который на минималистских полотнах каким-то чудом казался вполне достойным вечности, вырастал до масштабов философии, словно раз за разом воплощая «вещь в себе». Уже в 2000-х, неожиданно для всех, бывший николаевский, а с 1992 года вполне даже киевский «матерый человечище» живописи стал писать вообще «поэзию труда». Монументальные пятиметровые «артпромовские» композиции с фотографической точностью «воспевали» современных работяг в процессе их нелегкой работы. «Тема труда сейчас подзабыта, а профессия рабочего – каменщик, плотник, слесарь – не в почете. Для меня, как и для большинства граждан, запах мазута, вид станков, труб – это ностальгические воспоминания о работе, которая делала из мужчины мужчину. Этот проект актуален: нынче днем с огнем не сыщешь хорошего рабочего, зато юристов, торговцев хоть отбавляй. Проект «АртПром» – это мой подарок рабочему классу, к которому я отношусь с уважением», – без тени иронии объяснял Виктор Покиданец.
Алла Че http://alla-che.livejournal.com/118076.html
Art Ukraine, 27 января, 2011
Страх и ненависть в мире информационных технологий
«Прямая трансляция» – это беспрерывная трансляция аудиовизуальной информации в мозг.
Другая проблема, с которой работает художник, это означивание звука – вместо звучания. Музыкальная поп-культура при помощи масс-медиа создала отдельную семиосферу, в которой слышимое подменяется видимым. В результате появляются образы, которые означают звук: лицо рок-звезды, обложка диска, название музыкального канала. Они не несут в себе ни одного целостного аудио-высказывания. Они словно кнопки – отсылки на определенные реальности звучания, которые застряли в памяти. Так Винни Реунов передает постмодерное восприятие. Мы живем в гипертексте, в универсуме цитат и отсылок, не вникая в смыслы и глубину того, что мы видим. Ставим напротив увиденного галочку «знаю» и бежим дальше. В итоге, как при постоянном переключении программ в телевизоре, звуки и образы сливаются в одну безумную какофонию. Перемалываются через мясорубку (на одной из картин – гигантская терка, рядом с типичными анимэ пейзажами, а над ней хентайные девочки, заляпанные пеной из миксера, которая в свою очередь не может не напомнить о скандальных фигурках Такаши Мураками) и дают на выходе взрыв хаоса памяти желаний и страхов.
Все это выведено художником в плоскость – никуда не ведущую, абсолютную дисгармонию пропорций и планов. Плоскость, где нет никакой возможности сбежать из мира перепутанных кричащих баннеров, знаков и символов, наваливающихся отовсюду.
Анна Ландихова http://www.artukraine.com.ua/articles/267.html
Корреспондент.net от 7 декабря, 2010
В Карась Галерее открывается выставка Bondero Большой брат
8 декабря в киевской Карась Галерее открывается выставка украинского художника Bondero Большой брат. Вадим Бондаренко, известный в Украине под псевдонимом Bondero, создал свой живописный микс из популярных личностей культурного наследия человечества. По словам организаторов выставки, стиль нового арт-проекта Bondero можно охарактеризовать как нео-поп. Художник намеренно сформировал иллюзию, будто картины из серии Большой брат воссозданы из несуществующих скульптур. "Мы живем в такое время, когда практически невозможно успеть за ускоряющимся ритмом жизни, когда границы между государствами стираются и исчезают при помощи компьютерной мыши и Интернета, а понятие приватного пространства становится все более условным. Каждый человек пытается найти свою точку равновесия среди массовых образов, обладающих разной культурной парадигмой. Сталкиваясь между собой, культуры создают новые универсальные образы, приобретающие гипертрофированную форму тотального микса. Что же нас ждет дальше? Анархия или тоталитаризм в стиле Оруэлла?", - рассуждает о выставке Большой брат сам художник. По его словам, в проекте Большой брат "объективный образ формируется благодаря столкновению различных имиджей и их культурной трансгрессии. Зритель наравне с автором участвует в процессе создания и осмысления картины мира".
«Коммерсантъ» № 123 от 22 июня, 2010
Грязный уголок // Проект Дмитрия Корниенко и Юрия Пикуля в "Карась Галерее"
Проектом "Вещи", выставленным нынче в столичной "Карась Галерее", молодые киевские художники Дмитрий Корниенко и Юрий Пикуль решили пропеть оду повседневности и перенесли в выставочное пространство предметы и образы из своей общей мастерской. МАРИЯ ХАЛИЗЕВА попыталась вынести из экспозиции хоть что-нибудь полезное.
Проект "Вещи", по мысли куратора выставки Люси Комарницкой, призван нейтрализовать "конфликт между контекстами производства и репрезентации произведения искусства – между средой творческой мастерской и выставочным пространством". Для этого в "Карась Галерею" на время выставки переехала часть художественного беспорядка общей студии Дмитрия Корниенко и Юрия Пикуля. Правда, составители экспозиции были так деликатны, что ничего порочащего репутацию молодых художников в двухкомнатное пространство галереи не попало.
Пространство "Карась Галереи" и без всякого современного искусства примечательно: если верить некоторым историческим хроникам, именно в этом доме на Андреевском спуске жил лавочник Прокоп Сирко и его недоблаговоспитанная дочь, фигурировавшие в комедии "За двумя зайцами" Михаила Старицкого. В таком контексте всякий актуальный art piece оказывается очень уместным: он служит обязательным атрибутом быта мещан с претензией, и в этом смысле в мире ничего не изменилось со времен расцвета фламандского натюрморта.
В пространстве вещей, перемещенных в галерею из мастерской, нашлось место всякому живописному и пластическому непотребству из категории необязательного. Стены украсили портреты-барельефы, этюды, елка из крупнокалиберных гвоздей, трогательное рондо с изображением розетки, набор вырезанных из мыла статуэток, а также предметная серия с изображением вентиляционных решеток, держателя рулона туалетной бумаги, емкостей из-под моющих средств и искореженных пластиковых бутылок. Из совсем уж философского – небольшой этюд с плавающей в унитазе долькой лимона и портрет магистра Йоды в полный рост на фоне монумента Родины-матери.
Если задаться целью вынести с данной выставки что-то полезное, то стоит отметить, что морщины на обеспокоенной судьбами галактики мордочке мудрого элиана рифмуются с морщинами на лице Джека Николсона, чей портрет автор бережно срисовал с обложки старого номера журнала Esquire. Намертво запутав в клубок порожденные проектом мысли, можно, конечно, как советует кураторский текст, вернуться домой и вытереть пыль со стола. Но куда лучше сделать это не после, а вместо посещения этой "органичной легкой летней выставки" чужой реальности, из которой и вычленить-то нечего.
http://www.kommersant.ua/doc.html?DocID=1473377
Афиша №3 (401), 2009
Рабочий стол. Бондаренко, Покиданец, Кузнецов, Саллер. Живопись
Господа художники, вынуждены, как все, ходить в офисы и трудиться всякими там дизайнерами. А заставки в офисных компьютерах их, видишь ли, не устраивают. Вот и решили они поизголяться над программным продуктом и нарисовали свое, доморощенное. Каждый в меру своей испорченности. Ужгородец Роберт Саллер любовно выписал розового голенького мальчика с сигареткой, сидящего на синей простыне. Трудновато будет кое-кому с такой заставкой целый долгий день думать о выполнении производственного задания — когда вечером тебя ждет такой симпатяга, розовенький на синем. У экс-одессита Вадима Бондаренко, живущего ныне в Амстердаме, другое пристрастие — роботы. Кокетливый робот подсел к девушке, сидящей в купальнике у бассейна, и что-то ей втирает. На другой картине — они уже вместе, девушка смущенно краснеет в букет, робот по-хозяйски облапил ее, на заднем плане — две радостные собачки-роботы. Черт его знает, что они там курят в Амстердаме.
Молодой самец Сергей Кузнецов не хочет ни мальчиков, ни роботов — на его мониторе девчонка, задорно пьющая портвейн прямо из горла. Вот это жизнь! Посмотришь на такую заставку — и день пролетит как мгновение. Сергей Кузнецов говорит, что вдохновлялся серией старшего товарища Олега Тистола «ЮБК». Видим мы, чем он вдохновлялся.
Большое дело — молодость. Прямота, задор. Бывший «молодой художник Виктор Покиданец» (когда-то считавшийся надеждой постперестроечного поколения) теперь впал в странноватое медитативное состояние. Объектом его медитаций является… патрон для лампочки. Он у него большой, зависший в пространстве, в разных ракурсах. Поколение дворников и сторожей — их трудно понять, им нужно только верить.
Завершает список мониторных художников уже не экс-, а реальный одессит Игорь Гусев. Почти точная копия Элвиса Пресли, еще и играет в какой-то рок-группе. В реальной жизни, правда, по всем ухваткам больше похож на бандита с Молдаванки. В душе и живописи является тончайшим поэтом. Гусев широким флейцем замазал большой холст — создал такой волнующий рукотворностью фон, крупным шрифтом написал поверху Adobe Photoshop и пририсовал сбоку восторженный глаз мальчика. Чуть дальше — море, кораблик. Откроешь монитор карманный, увидишь кораблик дальних стран…
Кураторски объединил лакировщиков мониторов Сергей Гусев — тот самый, который любит пьющих из горла девчонок. У него всегда свежие кураторские идеи. Перед этим он собирал б/у женские трусы звезд эстрады и делал из них «инсталляцию».
http://kievgallery.com.ua/showpage4.html
«Коммерсантъ» № 88 от 29 мая, 2008
Художник фигурально выразился // Алексей Аполлонов в Карась галерее
Современное украинское искусство имеет недобрую репутацию: эпатаж, перверсии, провокативность не оставляют, казалось бы, места "чувствам добрым", которые так много значат для Алексея Аполлонова – художника, который сам себя так и называет: "незлой". Одноклассник, сокурсник и просто современник многих лидеров отечественного постмодернизма, Аполлонов, однако, пошел другим путем. Сначала он учился в художественной студии такого выдающегося мастера украинского модерна, как Виктор Зарецкий, а затем, уже в стенах Киевского государственного художественного института, в мастерской монументальной живописи академика Виктора Шаталина, столпа соцреализма. Тем не менее Алексей Аполлонов сумел избежать ловушек подражательства на пути к обретению творческой индивидуальности. Отдав посильную дань нефигуративной живописи – в его художественной биографии имеется даже полноценный "Абстрактный цикл", написанный более 15 лет тому назад,– художник сделал ставку прежде всего на упругую материальную форму. Разумеется, человеческую.
Между тем 17 картин Аполлонова (написанных этой весной), которые представлены в галерее "Ателье 'Карась'", менее всего соотносятся с реалистическим направлением в искусстве. Антропологические данные персонажей лишь намекают на суть изображаемой ситуации. Автора отношения между его "героями" мало интересуют. О том, что происходит на его полотнах, можно только догадываться. Очевидно одно: это не конфликт, а, наоборот, выражение дружеских чувств – поцелуи, объятия, игра. Энергия взаимного притяжения персонажей Аполлонова делает ненужной конкретику ситуации. Впрочем, кое-где проглядывает знакомый мотив "матери с младенцем" или семейная прогулка на лоне природы. В отличие от "Фигуратива-1", несколько лет тому назад показанного в галерее "RA", природное окружение в "Фигуративе-2" не играет столь заметной роли, а зачастую и вовсе отсутствует.
По словам автора, свои последние работы он писал на основе набросков, сделанных "сидя на пляже, с его тысячами бесплатных натурщиков". Садово-парковая среда, временами выплескиваясь условной зеленью фона (в большинстве работ этого цикла и его нет – тем более что половина экспонатов создана в графическом ключе, где фон просто необязателен), присутствует в пластике персонажей Аполлонова, которые предаются безделью. Но художник, в отличие от своих персонажей, не нежится на солнышке. Его линия чурается лени, напряженно нанося на плоскости холста клубки тел, не давая при этом человеческим формам застыть – штрих словно имитирует процесс рождения образа. Либо же намечает последующие состояния персонажей в пространстве. То, чего может и не быть, но могло бы случиться. Не случайно Алексей Аполлонов не скрывает, как близок ему метод джазовой импровизации. Музыки, которой увлекались и увлекаются поколения отечественных художников, посвящая джазу отдельные картины и целые серии.
Помимо всего прочего в "Фигуративе-2" отразился типично киевский мотив "высокой праздности". "В парках Киева понимаешь, что с тобой ничего не произойдет,– говорит одесский художник Сергей Ануфриев, давно осевший в Москве.– Такое пространство самим своим устройством корректирует человеческое поведение. В нем трудно быть криминальным: оно, с одной стороны, не расслабляет, а с другой – не напрягает. Здесь человек действительно отдыхает. Однако этот отдых не имеет характера массового гуляния, карнавала. Это места приватного отдыха". Кирилл Леонтьев
http://www.kommersant.ua/doc.html?DocID=897479&IssueId=46933
«Главред», от 15 сентября, 2006
Галерист Евгений Карась: «Украина – культурная колония»
Сегодня в Киеве открывается Центр современного искусства. Это первый и пока единственный шаг Украины в мировое культурное пространство. Как скоро мы станем его частью – об этом беседуем с галеристом Евгением Карасем.
С ним мы встретились в его галереи на Андреевском спуске. На круглом столе - сухой бессмертник и… каталог работ современных украинских художников. Забавный натюрморт! «Быть хорошим галеристом очень сложно»
«У нас исторически так сложилось, что к власти приходят люди с сельским менталитетом»
«В своей галерее я не выставляю кумовей, родственников, друзей и партнеров по бизнесу» Наталия Катриченко http://glavred.info/archive/2006/09/15/122602-8.html |
М
«Бе-елый аист летит над Полесьем». Полесье – Чернобыль. Чернобыль – радиация. Не влезай, убьет, в общем. А теперь - стоп: все совсем не так было! Своих «Аистов» художник Виктор Покиданец начал писать в Полтавской губернии. Говорит, «по мотивам» удавшегося отдыха в селе с обязательной речкой-невеличкой. А ассоциируются птички у автора с семейным уютом и теплом, но уж никак не с радиацией. Наверное, очередная годовщина Чернобыльской аварии сбила меня с толку. А может, на ироничный лад мысли свернули из-за «АртПрома» - многолетнего предыдущего проекта одного из самых именитых авторов украинской «новой волны». Впрочем, когда еще недавно живописал рабочих, сам Покиданец, кажется, тоже был серьезен, в отличие от критиков и зрителей, которые всегда так и норовят усмотреть свои «смыслы» там, где их, может, и не подразумевалось. 
Чудовищно яркие, наваленные, как в одну мусорную кучу, образы людей, брутальные сочетания цветов, логотипы телеканалов… Вся эта до боли знакомая, набившая оскомину чехарда визуального из окружающего нас мира, как в зеркале сконцентрирована на полотнах Винни Реунова. Написанные громадными мазками, несоразмерные лица людей, как бывает, когда слишком близко подойдешь к рекламному щиту, неожиданная плакатная плоскость, – которая не то чтобы ломает перспективу, – возвращает в мир с давно потерянной гармонией пространства. Ведь так устроен мегаполис: реклама, вырванные куски видеорядов, неожиданные и неуместные останки городской реальности, снова реклама…
.jpg)
.jpg)
Начинавший 15 лет назад с абстрактных полотен художник Алексей Аполлонов уже второй свой цикл посвящает фигуративной живописи. Его выставка "Фигуратив-2" в киевской Карась 
